Звук досылаемого в патронник патрона очень трудно с чем либо спутать даже если затворную раму придерживают что бы приглушить грозный боевой лязг. Именно такой приглушенный затворный клик раздался за моей спиной. Была очень тихая осенняя погода, едва заметный ветер с противоположного берега Милёксима. В этой тишине слабый металлический щелчок отключил все предшествовавшие мысли. Я оглянулся. Там где речная пойма начинает повышаться росли невысокие лиственницы, по случаю конца сентября их мохнатая хвоя была уже ярко желтой, почти лимонной. Под лиственницами, метрах в двадцати от меня, прислонившись к стволам деревьев стояли Макар и Миша. Макар навалился плечом на дерево, опустился на одно колено, двумя руками держал карабин задрав ствол высоко в небо. Миша вытянутым указательным пальцем перпендикулярил по своим сомкнутым губам, а другой рукой делал мне плавные знаки уйти вправо. Я оглянулся и увидел перед собой Лося. Легкий тихий ветер был в нашу сторону. По какой такой причине лось не почуял человека и вышел на нас так близко, теперь уже не понять. Это был молодой самец и судя по размеру рогов еще не совсем матерый. Но по размерам он мне показался просто огромным. Невероятно огромным. Лось стоял в пол оборота. Сытый, мускулистый упитанный, с блестящей шерстью он грациозно вздрагивал боками и смотрел куда то сквозь меня. Я резко вскинул руки в стороны и закричал:
- Не стреляй !!! Не стреля-я-я-яй, Макарушка !!!